Статья католического священника (О Джона Макклоски) о мужской дружбе

Дружба: ключ к евангелизации мужчин

Вскоре после прекрасной торжественной Святой Мессы на площади святого Петра, я отправился на площадь Пьяцца Навона, чтобы пообедать с группой американцев. Пока мы беседовали и с удовольствием вкушали итальянскую пасту, я пристально наблюдал за соседним столиком, за которым семь или восемь мужчин-итальянцев ели, пили красное вино, громко разговаривали, явно наслаждаясь компанией друг друга.

У меня сложилось впечатление, что это было не какое-то одиночное событие, а одна из частых встреч давних добрых друзей. По некой причине это мне показалось странным и в то же время привлекательным.

Я не призываю мужчин часами распивать вино и петь песни, в то время как их жёны занимаются уборкой и готовкой. Тем не менее, после долгого размышления я понял: то странное ощущение, которое меня охватило при виде той сцены, появилось из-за того, что я редко наблюдаю (или вообще никогда не наблюдаю) подобные картины у себя на родине. На самом деле, единственное место, где мужчины регулярно собираются вместе, – это перед телевизором, дома или в баре, для просмотра трансляции какого-нибудь спортивного мероприятия. Тут тоже есть выпивка (пиво вместо вина), закуска (бутерброды вместо пасты), но чего-то не хватает. Чаще всего они наслаждаются не компанией друг друга, а игрой. Конечно, нет ничего плохого в совместном увлечении спортом либо в качестве участников, либо в качестве зрителей. Как нет ничего плохого в большинстве других хобби и социально-культурных мероприятий, в которых мужчины участвуют вместе. И всё же, кажется, в этом не хватает некоего более глубокого измерения дружбы.

Вдруг, пока я размышлял над своими наблюдениями, мне на ум пришла мысль о существовании некой до сих пор не диагностированной распространённой среди мужчин болезни, которая отчасти может быть причиной некоторых наших социальных недугов и даже может быть большим препятствием для эффективной новой евангелизации в нашей стране. Я назвал эту болезнь синдромом дефицита дружбы (СДД).

Цель этого эссе двоякая. Во-первых, я хочу описать некоторые из причин и симптомов синдрома и предложить кое-какие терапевтические методы. Во-вторых, я надеюсь показать важность дружбы, как человеческой, так и сверхъестественной, как одного из важнейших средств распространения Евангелия Христа. Нам нужно выработать новый и лучший подход к развитию дружеских отношений. Эта статья призвана побудить читателя предложить свои рекомендации и решения, потому что я убеждён, что мы все имеем дело с серьёзной проблемой.

Дружба и евангелизация

Привести или заново привести другого человека ко Христу – это величайшее благо человеческой дружбы.

Для христианина дружба может стать эффективной формой евангелизации. В этом контексте евангелизировать означает просто делиться с друзьями своими отношениями со Христом – реализуемыми и подпитываемыми посредством молитвы, размышления над Священным Писанием и участия в таинствах. Такая евангелизация подразумевает дружбу искреннюю, подлинную и, конечно же, не воспринимает дружбу как инструмент, средство. Дружба является целью самой в себе и должна естественным образом восприниматься как таковая. В истории и литературе существует много примеров восхитительной дружбы, и эти примеры не обязательно связаны с религиозной верой. Тем не менее, дружба может быть вознесена, может обретать сверхъестественное измерение, когда достигает своего высочайшего уровня в делении наивысшим благом: Самим Богом. Привести или заново привести другого человека ко Христу – это величайшее благо человеческой дружбы.

На протяжение истории Церкви, начиная с Самого Господа, христианство распространялось главным образом посредством личных встреч, которые (наряду с деторождением) способствовали росту Церкви, благодаря чему ранняя Церковь Двенадцати Апостолов сейчас охватывает миллиард католиков. Но нам нельзя почивать на лаврах. Всё ещё миллионы людей ожидают благой вести Иисуса Христа и Его Церкви.

Я надеюсь, что эта статья поможет читателям понять синдром дефицита дружбы и то, сколько вреда он может приносить человеческому и сверхъестественному развитию личности мужчины. Со временем, посредством самопознания и с Божьей помощью, мужчины, если есть такая необходимость, могут от него исцелиться. Они будут более святыми, более счастливыми и более активными в евангелизации.

Как вы понимаете, я обращаюсь к мужчинам, в особенности к мужчинам-католикам. Но женщин, которым мужчины не безразличны – матерей, сестёр, жён или будущих жён, – я также приглашаю присмотреться к этой проблеме. В конце концов, они должны быть сильно заинтересованы в подлинной христианской мужественности мужчин своей жизни. Их собственное (и их детей) благополучие и счастье может зависеть от способности их любимых мужчин противостоять культуре, в которой мы живём и которая становится всё более опасной.

Свидетельство сильных мужчин, жаждущих быть исповедниками и мучениками своей веры, может оказаться наилучшей защитой для брака и семьи.

Женщины должны помнить, что до того, как христианская вера оказала влияние на законы и нравственность античного Средиземноморья, к жёнам и детям зачастую относились просто как к собственности, находящейся в полном распоряжении отцов семейства – до такой степени, что мужчина считал себя вправе предать смерти жену и детей, если те его по каким-то причинам не устраивали. Эти древние взгляды не до конца исчезли и по сей день; в некоторых культурах мы наблюдаем подобное отношение к женщинами и детям. Такая тирания может возродиться даже в западных культурах или же могут появиться новые формы того, что Иоанн Павел II назвал «новым тоталитаризмом», который всё больше и больше охватывает нас на Западе. Свидетельство сильных мужчин, жаждущих быть исповедниками и мучениками своей веры, может оказаться наилучшей защитой для брака и семьи.

Если жена настаивает, чтобы муж всегда был дома, когда он не на работе, то она может лишать его возможности стать лучшим мужем и отцом – в то же самое время лишая других мужчин хорошего примера и влияния, которыми её муж мог быть для них.

Более того, жёны могут сыграть важную роль в преодолении СДД, побуждая своих мужей проводить с друзьями больше времени. В современном обществе всегда будет нелегко находить гармонию между работой, семьёй и общественной жизнью.  Те женщины, которые ходят на работу и вдобавок должны заботиться о доме, конечно же, хотят, чтобы их мужья как можно больше были дома по вечерам и на выходных. Тем не менее, если жена настаивает, чтобы муж всегда был дома, когда он не на работе, то она может лишать его возможности стать лучшим мужем и отцом – в то же самое время лишая других мужчин хорошего примера и влияния, которыми её муж мог быть для них. Хотя дружба – это всегда личное дело, женщине следует желать, чтобы у её мужа была возможность завести столько же друзей, сколько есть у неё.

Одиночество как образ жизни

СДД может быть одной из причин того, что является величайшей чумой современного общества: одиночества. Причин этой чумы много: маленькие семьи (что вызвано применением противозачаточных средств и абортами), отсутствие отцов и матерей (что большей частью обусловлено высоким уровнем разводов и вынужденностью женщин ходить на работу), склонность ставить материальный достаток выше человеческих отношений, культ молодости. Это действительно очень серьёзная болезнь.

Как выразился один автор несколько лет назад, «у среднестатистического мужчины есть один хороший друг, и это его жена». Любой, кто достаточно долго жил в стране с католическим культурным наследием (независимо от текущего уровня религиозной практики в этой стране), должен заметить, что на мужчин сильно повлияла преимущественно протестантская культура нашего, американского, прошлого, с её акцентом на индивидуализм. В нашей культуре существует очень мощный образ сильного одинокого мужчины: самодостаточный отважный путешественник, мчащийся на коне навстречу закату, прочь от цивилизованной жизни; мужчина, который прячет свои душевные чувства за суровой внешностью, непроницаемой для внешних сил; мужчина, который, по большому счёту, отвечает только перед своей совестью.

Конечно, есть и другой, совсем иной популярный образ мужчины: поверхностный, болтливый, «волокита», постоянно флиртующий с женщинами и ищущий способа заработать лёгких денег. Все его мысли известны, потому что их у него так мало и он их громко высказывает. Разумеется, я немного преувеличиваю, чтобы лучше донести свою мысль, но думаю, что эти два культурных образа вполне узнаваемы. На самом деле, они воплощены в двух кумирах американских фильмов двадцатого века – Джоне Уэйне и Бобе Хоупе. (Интересно, что оба эти актёра счастливо закончили свои дни, попросив принять их в Католическую Церковь).

Само определение того, что значит быть мужчиной-католиком, должно включать в себя способность «искренне приносить себя в дар».

Надеюсь, читатель понимает, что, критикуя образ независимого, самодостаточного мужчины, я не пытаюсь превратить среднестатистического мужчину-католика в капризного, эмоционального слабачка. Здоровый мужчина должен сохранять, практиковать и возрастать во всех мужских добродетелях, которые мы находим в человеческой природе и которые усиливаются действием сверхъестественной благодати. Он должен преуспевать во всём, что делает его по-настоящему мужественным. Короче говоря, я не хочу переиначить известный вопрос Генри Хиггинса и спросить: «Почему мужчина не может быть больше похож на женщину?». Я просто (не говорите, что это легко) говорю, что само определение того, что значит быть мужчиной-католиком, должно включать в себя способность «искренне приносить себя в дар», выражаясь фразой из документа Второго Ватиканского собора, которую очень часто цитировал образцовый пример католической мужественности, Иоанн Павел II. Это «принесение себя в дар» совершается мужчиной прежде всего в таинстве брака, но также происходит в мужской дружбе на протяжении всей жизни.

Причины и симптомы

Кроме занятия более жёсткими видами спорта (и даже на эту традиционно мужскую территорию сейчас проникают женщины), у многих молодых мужчин относительно мало возможностей насладиться исключительно мужской компанией. Вследствие упадка колледжей или университетов только для юношей или только для девушек, наряду с ослаблением таких некогда мальчишечьих бастионов, как бойскауты, стало труднее завязать глубокую прочную дружбу с раннего возраста. Многие некогда чисто мужские клубы и общества теперь открыты для женщин. Даже на военную службу теперь стали принимать всё больше женщин (с катастрофическими последствиями, включая огромное ослабление дисциплины и духа войскового товарищества и беспорядочные половые отношения, неизбежность которых здравомыслящие наблюдатели должны были предвидеть). Также мужчина стал очень редко работать лишь на одного или двух нанимателей в течение своей карьеры. Как следствие, маловероятно, что его коллеги станут и останутся его близкими друзьями, а скорее всего они будут воспринимать его как соперника в борьбе за продление контракта или повышение по службе. Наконец, чрезвычайная подвижность современной семьи – переезжающей из одного города в другой по экономическим причинам – может стоить мужчине того времени, которое нужно для установления и поддержки соседских отношений, постепенно перерастающих в дружбу.

В сложившейся на сегодняшний день ситуации для многих мужчин-католиков «дружба» может означать некие искусственные узы, основанные на общем интересе к пиву, машинам, спорту, охоте, рыбалке или даже на нездоровом интересе к молодым женщинам.

В сложившейся на сегодняшний день ситуации для многих мужчин-католиков «дружба» может означать некие искусственные узы, основанные на общем интересе к пиву, машинам, спорту, охоте, рыбалке или даже на нездоровом интересе к молодым женщинам. (На самом деле, я неохотно использую слово «дружба» для описания таких отношений; может, «знакомство» будет более подходящим термином?) Настоящая мужская дружба является глубокими и устойчивыми узами, которые своими корнями уходят к самой сути того, кем является или может быть мужчина.

Ещё более усложняет проблему то, что в современном обществе многие мужские отношения открыто гомосексуальные, основанные на использовании друг друга в качестве объекта получения удовольствия. Многие формы публичных развлечений (фильмы, телевизор и театр) приняли гомосексуализм как нечто нормальное и начали изображать гетеросексуальных мужчин как глупцов, которые живут под властью доминирующих женщин. Одним из многих дурных побочных эффектов этого открытого публичного извращения является факт, что, когда любую небольшую группу мужчин видят вместе, по крайней мере, в некоторых городских центрах, их зачастую автоматически считают гомосексуалистами.

В то же самое время, всё больше молодых мужчин, выросших в разбитых семьях, в которых мужчина бросил свою жену, страдают от отсутствия позитивных мужских ролевых моделей. Огромное число случаев, когда католические священники отказываются от сана, за последние 30 лет и сексуальные скандалы также сыграли свою роль в подрыве крепкой мужской дружбы. Пережив разочарование из-за ухода отца или неверности священников своему призванию, юноши и мужчины оказываются неспособными оказывать или принимать доверие и здоровую симпатию, которые являются крайне важными в формировании глубокой и крепкой дружбы.

Таковы вкратце некоторые причины и симптомы СДД.

Что такое дружба?

Прежде чем приступить к поиску лекарства, нам следует хотя бы немного рассмотреть сущность дружбы в понимании античных мыслителей и то, как в христианстве она была возвышена до ещё большего блага, которое является необходимым и естественным средством евангелизации.

Дружба, конечно же, является естественным благом сама по себе, поскольку человек – это существо социальное. «Нехорошо человеку быть одному». Это библейское наблюдение применимо не только к браку, но и к отношениям мужчины с другими мужчинами. Любой человек, созданный по образу Пресвятой Троицы, существует в отношениях с другими и поистине определяется своими отношениями. Для большинства мужчин, кроме брака и семьи, наиболее важными отношениями является дружба с другими мужчинами. (Могут также существовать какие-то формы дружбы между мужчинами и женщинами вне брака, но для человека, посвятившего себя жизни в апостольском безбрачии и для человека, связанного брачными узами с одной женщиной, такая дружба обычно должна сохранять определённую дистанцию и сдержанность).

Можно сказать, что дружба является видом социальных отношений, характеризующимся взаимной симпатией. Любовь не обязательно требует взаимности, но для дружбы она необходима. Чтобы возникла дружба, нужны двое. Так сформированные узы, несомненно, представляют один из самых благородных аспектов человеческой жизни; они предполагают и питают другие человеческие добродетели, такие как бескорыстное принесение себя в дар, понимание, сострадание и дух сотрудничества. Подлинная дружба включает в себя «обмен дарами». Иоанн Павел II также использовал это выражение, чтобы описать «диалог» – который, как напоминает нам он, является одним из главных средств созидания дружбы. Не может быть дружбы без общения – обычно какой-то простой беседы, устной или письменной.

Два величайших писателя классической античности придавали человеческой дружбе высочайшую ценность. Аристотель говорит в «Никомаховой этике»: «Ведь никто бы не захотел жить без друзей, даже имея все остальные блага… Быть другом для многих при совершенной дружбе невозможно, так же как быть влюблённым во многих одновременно; влюблённость похожа на чрезмерную дружбу и является чем-то таким, что по своей природе обращено на одного; посему великая дружба может быть обращена лишь к немногим». Тем не менее, Аристотель не мог представить себе, как дополнительная сила божественной благодати может сделать людей, таких как святые, способными любить друг друга бесконечной силой сердца Христа.

Цицерон в своём трактате «О дружбе» говорит: «Дружба возможна лишь между двумя хорошими людьми. Ибо нет ничего привлекательней добродетели», – а также: «Я лишь могу посоветовать вам предпочесть дружбу всему иному, чего только может достичь человек».

Христианские философы и богословы также говорят нам о важности дружбы. Св. Августин говорит нам прямо: «Никто не может быть познан таким, какой он есть, как только своими друзьями». Учитель св. Августина, св. Амвросий говорит, что «дружба, которая может прекратиться, никогда не была подлинной дружбой». Св. Фома Аквинский, Ангельский доктор, в своём трактате «О любви» пишет: «Совершенная дружба направлена не на многих… но чем совершеннее становится наша дружба c одним, тем совершеннее наша любовь к этому одному и тем лучше мы способны любить других». Также он добавляет в своём комментарии к «Никомаховой этике»: «Другу подобает делать добро своим друзьям, прежде всего тем из них, кто находится в наибольшей нужде».

Дружба в Откровении

Самым примечательным и трогательным примером дружбы в Ветхом Завете является дружба Давида и Ионафана, сына его врага Царя Саула. Вот как описывает Первая Книга Царств встречу Давида и Ионафана: «Когда кончил Давид разговор с Саулом, душа Ионафана прилепилась к душе его, и полюбил его Ионафан, как свою душу» (1Цар 18,1). Плач Давида по Саулу и Ионафану является одним из самых прекрасных стихотворений в Библии. После гибели Ионафана в битве, которая позволила Давиду занять царский трон, Давид восклицает: «Скорблю о тебе, брат мой Ионафан; ты был очень дорог для меня; любовь твоя была для меня превыше любви женской» (2Цар 1,26).

Теперь мы подходим к христианскому откровению о дружбе и человеческих взаимоотношениях, которое начинается с высшей тайны нашей веры – Пресвятой Троицы. Мы верим, что Бог Един в Трёх Лицах, и что Три Лица определяются Их отношениями друг с другом. Можно сказать, прибегая к аналогии, что между Лицами Пресвятой Троицы существует самая возвышенная, совершенная, вечная дружба, которая выражается вечно и посредством пришествия Сына Божьего, и которая затем постоянным образом сообщается нам посредством освящающего Духа: Любовь дарованная, Любовь принятая, Любовь разделяемая.

Дружба со Христом является целью жизни христиан, поскольку Он есть путь, истина и жизнь.

Спаситель Иисус Христос говорит нам: «Я назвал вас друзьями». Дружба со Христом является целью жизни христиан, поскольку Он есть путь, истина и жизнь. Он рос как самое основание и сердце Святой Семьи, и потому чувствовал человеческую любовь и тепло Марии, Своей Матери, и св. Иосифа, Своего опекуна, во время Своей сокрытой жизни. Начав публичное служение, Он призывает двенадцать апостолов, которые становятся не только Его ближайшими учениками, но и друзьями, со всеми их очевидными недостатками, и Он делится с ними Собой настолько полно, насколько это только возможно на земле.

Действительно, Господь являет непревзойдённую любовь к апостолам, так же, как каждый из нас делает это по отношению к своим друзьям. Он позволил Своему ближайшему окружению – Петру, Иакову и Иоанну – стать свидетелями Его минуты величайшей славы во время преображения и Его самой мучительной минуты – начала Страстей, Гефсиманского борения. Он часто делал им замечания, но всегда прощал их (как в случае предательства Петра) божественным милосердием Своего Пресвятого Сердца. Он даже Иуду назвал Своим другом незадолго до того, как тот предал Его поцелуем. Он подружился с Иосифом Аримафейским и Никодимом и, несомненно, подружился бы с Иродом и Понтием Пилатом, если бы их сердца не были ожесточёнными.

Мы видим дружбу и на примере самих апостолов. Получив своё призвание, они охотно делятся им со своими друзьями. Андрей приводит к Иисусу своего брата Петра; Филипп приводит своего друга Нафанаила, Иоанн, судя по всему, приводит своего брата Иакова. После Пятидесятницы Церковь начинает быстро расти. В течение семидесяти пяти лет после Воскресения появляется то, что мы сейчас называем епархиями, в крупных городах по всех Римской империи, со своими епископами, священниками и дьяконами. Существуют тысячи христианских семей из всех слоёв общества, от рабов до членов императорского двора. Этот рост продолжается на протяжении последующих двухсот лет под запретом Римской империи, с периодическими кровавыми гонениями. Безусловно, христиане не обладали никакими гражданскими или социальными преимуществами. Однако к 313 году ранняя Церковь, к которой принадлежало всего лишь десять процентов населения Римской империи, добилась принятия Миланского эдикта о веротерпимости, а ещё через семьдесят пять лет была признана официальной Церковью Рима, и христианские нравственные принципы были постепенно введены в законы империи.

Всё это было действием Святого Духа. Однако поскольку Бог обычно действует посредством вторичных причин, мы можем спросить: «Как до всего этого дошло чисто по-человечески?»

Апостольская дружба

Сперва посмотрим, как это не произошло. Это не произошло благодаря переполненным епархиальным семинариям, монастырям, монашеским орденам. Это не произошло благодаря развитой системе приходских начальных школ, средних школ и ВУЗов. Это не произошло в результате епархиальных программ евангелизации. Это не произошло благодаря широкому распространению катехизического материала посредством книг, радио, телевидения и интернета. Это не произошло под влиянием великих произведений христианского искусства, архитектуры и литературы, доступных всем и каждому. Это не произошло в результате сильного папского руководства и вероучения.

Поспешу добавить, что я сторонник всех вышеперечисленных средств. Но их просто не было в первые века христианства – и даже на протяжении многих последующих веков.

Распространение христианства в эти первые века было, по моему мнению, результатом того же влияния, которое будет ключом к «новой евангелизации» третьего христианского тысячелетия. Это произошло благодаря молитве, жизни таинствами, высоконравственному поведению и делам милосердия отдельных христиан и христианских семей, которые делились своей любовью ко Христу и Его Церкви с окружающими посредством дружбы.

Прекрасный пример милосердной любви первых христиан, особенно их готовность рисковать своей жизнью, заботясь о жертвах периодически вспыхивающих эпидемий чумы в первые века христианской эпохи, без сомнения, сыграли важнейшую роль в евангелизации. Равно как и привлекательность нравственной жизни христианских семей. Тем не менее, без личного влияния дружбы все полезные и достойные восхищения средства евангелизации и апостольства оказались бы по большей части неэффективными.

Преображение культуры во всех её разнообразных аспектах, которое является одновременно и целью, и неизбежным результатом «новой евангелизации», должно происходит в светском мире; оно не может быть совершено в рамках неких квазицерковных структур. Это преображение потребует от каждого христианина личной готовности делиться верой со своими ближними дома, на работе и в пёстром мире спорта, музыки, политики, СМИ, искусства, литературы и т.д.

Как мы уже сказали, дружба является огромным благом и самоцелью. Хотя есть много разных способов измерения нашего жизненного успеха с мирской точки зрения, и хотя мы, христиане, признаём, что мирской успех ничего не значит в минуту частного суда, всё же есть одно измерение, которое применимо как в естественной, так и сверхъестественной плоскостях: число друзей и качество этих дружеских отношений. Итак, в качестве расчёта наших «чистых активов», мы можем задать себе ряд вопросов:

– Сколько у меня настоящих друзей?

– Сколько друзей положили бы душу свою за меня, а я за них?

– Сколько есть человек, к которым я могу пойти излить душу с полным доверием?

– Если бы мне пришлось сегодня умереть, сколько человек переживало бы – скучало бы по мне больше, чем пару дней? Сколько человек пришло бы на мои похороны?

– Сколько жизней по-хорошему изменила моя дружба?

– Сколько человек примирилось, обратилось или возросло в духовной жизни благодаря моей дружбе?

– Наконец, являются ли мои дружеские отношения важной частью моей молитвенной жизни? Разговариваю ли я о своих друзьях – прося об их нуждах и стараясь лучше понимать их – с Другом?

Пример святых

Все святые так или иначе дают нам пример апостольской дружбы. Тем не менее, я убеждён, что величайшим примером для подражания в этом отношении, по крайней мере, для мужчин-католиков, является покровитель юристов, политиков и государственных деятелей – св. Томас Мор. Он считается величайшим человеком своего времени, раннего европейского Ренессанса шестнадцатого века. Высококлассный юрист и барристер, он занимал высочайшую должность в своей стране как лорд-канцлер Англии. Великий учёный и писатель, он был одновременно искусным защитником веры от ереси Лютера. Он был прекрасным отцом и мужем, обожаемым женой и детьми, и в то же время человеком сильной веры, который часто приступал к таинствам и каждый день предавался глубокой молитве посреди семейных и профессиональных обязанностей.

Кроме того, св. Томас Мор обладал удивительным даром дружбы. Он знал многих ведущих религиозных деятелей, учёных и литераторов Европы того времени, и они любили его, включая тех, с кем у него были серьёзные разногласия. Приезжая в Европу, они старались провести как можно больше времени с Томасом Мором и его семьёй. Влияние его личности ощущается до сих пор посредством биографий, фильмов и спектаклей, представляющих его необычайную жизнь, которую он прожил с такой очевидной нормальностью. Он был не только «человеком на все времена», но и совершенно гармоничным человеком, который ставил молитву, семью и друзей выше любых других забот. Поэтому он смог охотно с добрым расположением сердца отдать свою жизнь, когда практически все окружающие предали Иисуса Христа и Его Церковь.

Если когда-либо был человек, который мог заявить, что его работа не оставляла времени для личных отношений, так это Папа. Однако каким-то образом он всегда находил для друзей время; он знал ценность дружбы.

Я хочу упомянуть и другой пример дружбы – в жизни Кароля Войтылы. Я уверен, однажды выйдет книга под названием «Дружба и друзья Иоанна Павла II». На протяжении всего его понтификата – как в Ватикане (за трапезой или в частный аудиенциях), так и во время десятков его апостольских поездок – Святейший Отец всегда находил время для своих личных друзей, со многими из которых дружил ещё с детства, потом когда учился в университете, в семинарии, затем будучи священником, епископом и кардиналом. Если когда-либо был человек, который мог заявить, что его работа не оставляла времени для личных отношений, так это Папа. Однако каким-то образом он всегда находил для друзей время; он знал ценность дружбы. Сколько сотен и тысяч людей считали себя личными друзьями Иоанна Павла II?

Быть другом

Очень важно различать «знакомых», которых у нас может быть сотни и тысячи, от «друзей». Дружба – это священное слово, исполненное значения, к которому не следует относиться легкомысленно. В идеале, дружба – на века.

Есть одна старая поговорка: «Дабы обрести друга, сам будь другом». Очень важно различать «знакомых», которых у нас может быть сотни и тысячи, от «друзей». Дружба – это священное слово, исполненное значения, к которому не следует относиться легкомысленно. В идеале, дружба – на века.

Друзьям нужно проводить время друг с другом. Без этого дружба обойтись не может. За совместной трапезой или за общим увлечением или даже во время паломничества нам нужно делиться тем, кто мы есть и что мы можем дать, чтобы получить такой же дар от друга.

Конечно, дружба может возрастать и посредством переписки, но так или иначе мы должны «присутствовать» для своих друзей. На самом деле, о подлинной дружбе не может быть и речи, пока мы не откроем глубочайшие человеческие вопросы: кто есть человек, откуда он приходит, куда направляется, смысл жизни, ценность страдания. Подлинные друзья разговаривают о том, что для них самое важное: о вере, семье, работе. И это исследование серьёзных тем помогает дружбе стать апостольской. Благодаря такой дружбе мужчины возрастают и преображаются во Христе, с неизбежным результатом создания христианской среды (большей или меньшей) вокруг себя. Дружба также означает, что мы любим своих друзей со всеми их недостатками; мы прощаем их, когда нужно, и время от времени с любовью делаем им замечания.

Сильная мужская дружба должна быть возрождена, если мы хотим, чтобы мужчины-католики и их потомки смогли выполнить святое и сложное задание: построить цивилизацию любви и истины в XXI веке.

Сильная мужская дружба должна быть возрождена, если мы хотим, чтобы мужчины-католики и их потомки смогли выполнить святое и сложное задание: построить цивилизацию любви и истины в XXI веке. Конечно, нам нужно много святых, отважных и ревностных епископов и священников, которые будут проповедовать слово Христа и преподавать Его таинства, руководствуясь учением Второго Ватиканского собора и его подлинным толкованием. Я убеждён, что мы их получим. Тем не менее, Евангелие будет более эффективно распространяться в обществе не из местных приходских храмов, а посредством дружбы.

Автор: о. Джон Макклоски.

Перевод с английского языка.

Источник: www.catholicity.com/mccloskey/friendship

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *